Московское произношение

Одна из двух произносительных норм русского литературного языка, наряду с петербургской

pinterest button

 Образцовое «старомосковское произношение» выработалось в конце XIX — начале XX веков и присутствует лишь у небольшого числа в основном пожилых людей, и поддерживается театральной традицией (в Московском художественном и Малом театрах), однако в настоящий момент из-за резкого роста пришлого населения Москвы в XX веке, сформировалась новая общероссийская произносительная норма, включившая в свой состав как черты старого московского, так и часть черт старого петербургского произношения.

Особенности

Вокализм

Для московского произношения характерно недисимилятивное аканье — звучание буквы «а» в первом предударном слоге как /ɐ/ (например, читается так: «Мско́вское признше́ние хршо́ для Мсквы́», известная дразнилка: «С Масквы, с пасада, с авашнова ряда»).

Особенности московского произношения даже изменили написание слов — слова «расти», «растение», «возраст» стали писаться через «а». По мнению Л. В. Успенского, когда центр русской языковой культуры оказался в Москве, московское «акающее» произношение стало общепринятым. И все слова, произведенные от «рост», в которых ударение падало не на слог «ро», стали произноситься, а потом и писаться «на московский манер».

Присутствовавшее изначально эканье отошло на задний план на рубеже XIX—XX веков и было заменено характерным для тогдашнего московского просторечия иканьем. Теперь стандартом московского и общероссийского литературного произношения является иканье (в безударных слогах после мягких согласных гласные «и» и «е» не различаются, произносясь как /ɪ/), например: всна «весна», брянские лса «брянские леса».

Консонантизм

Для московского произношения характерно наличие г взрывного: /g/. Звукосочетание «сч» читается как /ɕ:/, например, «раёска» или «ёт», а сочетания букв «чн», «чт» часто (но далеко не во всех случаях) произносились как звуки /ʂn/ и /ʂt/: о (что), обы (чтобы), конео, «яиица», нароо, скучо, пустяый, сквореик, девиик и т. д.

В повествовательном предложении тон понижается к концу. В вопросительном — интонация идёт вверх.

История

Московское произношение возникло не сразу, а складывалось веками: первоначальной его основой было произношение восточно-славянского племени кривичей (близкое к произношению славян новгородских), то есть имело севернорусский характер. Москвичи до XVI в. не только сохраняли северный строй консонантизма, но и окали. Окал Иван Грозный и его окружение, и старое боярство (Хованские, Мстиславские, Одоевские).

В течение двух столетий (со второй четверти XIV в. и кончая первой четвертью XVI в.) Москва объединила все северновеликорусские княжества и восточную половину южновеликорусских. Народные говоры объединенных местностей начинают функционировать как диалекты формирующегося общего великорусского языка.

В Москву стягивались представители как северновеликорусского окающего наречия, так и южновеликорусского акающего, которое постепенно укрепилось и к XVII в. стало господствующим. М. В. Ломоносов, сам помор-северянин, писал в «Российской грамматике» (1755):

Московский деловой язык XV—XVI вв., обогащаясь за счёт элементов говора Москвы и диалектов, начинает употребляться всё шире. Уже в XVI—XVII вв. в связи с положением Москвы как столицы русского государства нормы московского говора начинают оказывать некоторое воздействие на говоры других городов, то есть теряют свою территориальную ограниченность; таким образом, московский диалект в XVII в. перестаёт быть только территориальным диалектом.

А. Н. Гвоздев подчёркивает, что произношение Москвы могло приобрести обобщённый характер и стать «типичным выражением общенародного языка» именно потому, что это произношение характеризовалось совмещением произношения двух основных наречий русского языка — северного и южного — и было лишено узко местных черт.

В XVIII в. существовало две-три нормы произношения: одна — при чтении книг, стихов и т. д. (высокий слог, или «красноречие»), другая — простая, состоящего из элементов народной разговорной и отчасти деловой речи; также, был и промежуточный вариант. О неоднородности произношения того времени писал Ломоносов:

Проникновение в русский язык иноязычных элементов (особенно начиная с 18 в.) сделало произношение неоднородным. Однако в XIX в. произносительные нормы литературного языка уже полностью определяются живой московской речью.

Эти нормы характеризуются аканьем, произношением е после мягких согласных перед твердыми на месте ѣ под ударением, произношением г взрывного и рядом других черт. К концу 19 в. в московском произношении стали образцовыми некоторые черты, время существования которых названо «старомосковским произношением».

Старомосковское произношение

На рубеже XIX—XX веков московский говор оформился в особую фонетическую систему, называемую теперь учёными старым московским наречием или старомосковским говором. Эта система произношения функционировала в среде московской интеллигенции продолжительное время (однако не исключена вероятность того, что так же говорили и в купеческой, духовной, разночинной среде и пр.). Произносительным эталоном её являлась её театральная орфоэпия, базировавшаяся на традициях Московского Малого театра. На данный момент старомосковское произношение почти вышло из употребления, но его ещё употребляют люди старшего возраста.

Особенности

Для старомосковского произношения век назад было характерна т. н. ассимилятивная или позиционная мягкость согласных.

Можно выделить наиболее яркие черты старомосковской речи:

  1. широко распространено ассимилятивное смягчение согласных: мягкое произношение первого согласного C₁ перед вторым мягким C₂ʲ (в сочетаниях согласных звуков C₁C₂ʲ) имеет место не только, если оба звука переднеязычные (напр., «степь» , «здесь» , «изнеможение» , «пенсия» pʲenʲsʲɪjə, «о зонте» ), но и в остальных случаях: «дверь» как , «если» , верь, кони, вет, мирный и т. п. В настоящее время, мягким произносят первый согласный: в сочетаниях двух переднеязычных в 87 % случаев, в сочетаниях других согласных — лишь в 4,5 %. Однако старомосковская «мягкая» норма по-прежнему остаётся допустимой и сохраняется в театральной речи и речи старшего поколения. Например, в поездах Московского метрополитена нередко можно услышать: «Осторожно, вери закрываются, ледующая станция — „Планерная“». Подобное относится и к звуку : он произносится мягко в таких случаях, как Пе, ве, веия, сеится.
  2. согласно старой норме сочетания букв -чн- , -чт- часто (но далеко не во всех случаях) произносились как звуки /ʂn/ и /ʂt/: булоая, молоый, сливоый, огуреый, яблоый, табаый, солнеый и т. п. В тех же случаях, когда сохранение «ч» в сочетании -чн- поддерживается родственными образованиями со звуком , написанию -чн- и по старым московским нормам соответствовало в произношении : даый при дача, свеой при свеча, реой при речка и т. д. Также, как сочетание чн всегда произносилось в словах книжного происхождения: беспеый, пороый, алый, циниый, мраый, веый и т. д. Также, на месте -чн- не произносится в словах, которые в предыдущем слоге имеют согласный : пушеый, игрушеый, крошеый, подмышеый; в прошлом же произношение в этих и подобных словах было возможно. В современной московской речи такое произношение сохранилось во определённом круге слов: о (что), обы (чтобы), конео, «яиица», нароо, скучо, пустяый, сквореик, девиик и т. д., а также в женских отчествах на -чна: Саввиа, Ильиниа и др. Хотя, в произношении орфографического -чн- в современном русском языке существуют значительные колебания, доминирующим становится вариант с . Подобное произношение некоторых слов для части русскоязычного населения может обладать просторечной окраской.
  3. буквосочетания зж, жд, жж по старой московской норме произносились с долгим мягким звуком /ʑ:/: дои (дожди), дрои (дрожжи), пое (позже), еу (езжу), «виять», «дребеять», «бреить» (брезжить) и др. Это правило не относится к сочетаниям на стыке морфем («изжить», «сжечь» и т. д.). Также обязателен и глухой вариант подобного феномена: звонкие согласные на конце оглушаются: «дождь» звучит как «доь».
  4. на месте буквы а в первом предударном слоге после твёрдых фрикативных ш, ж и звука ц по старым московским нормам произносился звук /ɨ/, то есть говорили: ляпин (Шаляпин), мпанское (шампанское), ги (шаги), ра (жара), ндарм (жандарм), ризм (царизм). Следы этого сохранились в современном произношении, например, в некоторых формах числительных: двадцати́ , в слове жасмин (сми́н, ), ржаной (рно́й, ), в производных словах от глагола «жалеть» и производных от него: жлеть, к сожлению, пожлей, а также в формах слова «лошадь»: лошдей, лошдям, на лошдях.
  5. в некоторых словах после ударного и перед губными и заднеязычными согласными звуками произносился мягкий /rʲ/: певый (первый), сеп (серп), стева (стерва); вех (верх), четвег (четверг), цековь (церковь). Эта особенность до сих пор встречается в речи старшего поколения, особенно часто — в слове «цековь».
  6. Дмитрий Ушаков писал, что окончание прилагательных -гий, -кий, -хий, например: «долгий, широкий, тихий» по-старомосковски произносятся так, как если бы было написано -гой, -кой, -хой, то есть как /-əj/. То же самое относится к глаголам, оканчивающимся на -кивать, -гивать, -хивать (выта́сть, распа́ть, натя́ть). Свидетельства подобного произношения есть не только в научных трудах и многих стихотворных текстах, в частности, у Александра Пушкина: «Князь тихо на череп коня наступил // И молвил: Спи, друг одинокий! // Твой старый хозяин тебя пережил // На тризне, уже недалекой…», но и даже в старых советских фильмах.
  7. возвратный постфикс -сь, -ся согласно нормам старомосковского говора произносился вопреки орфографии твёрдо (это и позволило, например, Марине Цветаевой рифмовать вкус и боюсь: «Смывает лучшие румяна // Любовь. Попробуйте на вкус, // Как слезы солоны. Боюсь, // Я завтра утром — мертвой встану…»). В наши дни эта черта редко, но встречается в речи старшего поколения.
  8. старомосковская орфоэпическая норма предполагала, что безударные окончания глаголов -ат и -ят должны вместо /-ɘt/ произноситься как /-ʊt/, например: дышат, душат, гонят, любят, пилят звучат как дыш, душ, гон, люб, пил и т. д. Такое произношение во многом сохранилось и сегодня, в том числе и в речи молодого поколения современных москвичей.
  9. на месте буквы г в словах религиозного содержания считалось единственно правильным произношение фрикативного звука /ɣ/: (Бога), Боу (Богу), о Бое (о Боге), (Господь), осподи (Господи), блао (благо), блаодать (благодать).
  10. было характерно еканье: произношение /ɛ/, /e/ в предударном слоге на месте е и я, а после ч и щ на месте а: сна́, ка́, ду́ (пряду), сы (часы)
  11. также существуют особенности произношения определённых слов: целовать как «цаловать», танцевать как «танцавать».

Полезная информация

Moscow dialect or Moscow accent
Russian: Московское произношение
translit: Moskovskoye proiznoshenye
IPA: [mɐˈskofskəjə prəɪznɐˈʂenʲɪɪ]
sometimes: Central Russian

Рефлексы старшей нормы в сегодняшней московской речи

  • произношение безударных флексий глаголов II спряжения в 3-м лице мн. числа как и
  • последовательное произнесение как в некоторых словах: подсвеик, …
  • в некоторых случаях старомосковский вариант консервируется в составе фразеологических оборотов: друг сердеый, со свиным рылом в калаый ряд

Интересные факты

  • Иван Грозный окал.
  • Ломоносов отмечал красоту московского произношения.